Монах

Материал из wikikoran
Перейти к: навигация, поиск

Корень rā hā bā (ر ه ب) употреблен в Коране 12 раз

Мона́шество (монахи, монастыри — от греч. μόνος — один, одинокий, μονάζειν — быть одному, жить уединённо, μοναχός, μοναστής — живущий уединённо, μοναστήριον — уединённое жилище), также и́ночество — буквально «уединённое, одинокое жительство».

Термин монашество применяется не только к отдельным лицам, но и к сообществам, обрекающим себя на безбрачие и отречение от всех благ мира, подчиняющимся обычно определённому уставу и имеющим своей целью служение идеалам, достижимым лишь путём самоотречения и удаления от мира. Монашеский путь занимает центральное место в буддизме и джайнизме. С монашеского устава начинается буддийский канон Типитака. Идея обособления, осуществляемого в тех или иных формах, встречается как в древнем иудаизме, в Библии примером могут служить назореи и такие пророки как Илия и Иоанн Креститель), так и в других религиях: в египетском культе Сераписа, и в греческой философии.

В Библии само греческое слово «монах» не встречается. Есть версия, что возможно впервые с монашеским образом жизни греки познакомились после походов Александра Македонского и во время существования греко-индийских царств. Одним из первых упоминаний о греческих монахах является сообщение в Махавамсе о том, что во времена правления Менандра I (II до н. э.) греческий (йона) глава монахов буддистов по имени Махадхармаракшита вместе с тридцатью тысячами буддистов из «греческого города Александрия» (вероятно, имеется в виду Александрия Кавказская) посетил освящение великой ступы в Анурадхапуре (Шри-Ланка).

Коран о монашестве

(57:27) Потом Мы отправили по их следам Наших посланников, и отправили Иисуса, сына Марии, и даровали ему Евангелие. В сердца тех, которые последовали за ним, Мы вселили сострадание и милосердие, но монашество (араб. وَرَهْبَانِيَّةً, уа-рахбаниятан) они выдумали сами. Мы не предписывали им этого, но они поступили таким образом, пытаясь снискать довольство Бога. Но они не соблюли его должным образом. Тем из них, которые уверовали, Мы даровали их награду, но многие из них являются нечестивцами.

(5:82) Ты непременно найдешь самыми лютыми врагами верующих - иудеев и многобожников. Ты также непременно найдешь, что ближе всех во взаимопонимании к верующим, являются те, которые говорят: "Мы – назореи". Это – потому, что среди них есть проповедники и монахи (араб. وَرُهْبَانًا, уа-рухбанан), и потому, что они не проявляют высокомерия.

(9:30-31) Иудеи сказали: «Судьясын Бога». Сказали назореи: «Мессиясын Бога». Эти слова, (произнесенные) их устами, совпадают со словами тех, кто отверг (Послания) прежде. Да уничтожит их Бог! До чего же они отклонились! Они признали господами помимо Бога своих первосвященников и монахов (араб. وَرُهْبَانَهُمْ, уа-рухбанахум), а также Мессию, сына Марии. А ведь им было велено служить только одному Богу, кроме которого нет иного божества. Он превыше того, что они приобщают в сотоварищи!

(9:34) О те, которые уверовали! Воистину, многие из первосвященников и монахов (араб. وَالرُّهْبَانِ, уа-рухбани) незаконно пожирают имущество людей, и сбивают их с пути Бога. Обрадуй же тех, которые накапливают золото и серебро, и не расходуют их на пути Бога, мучительными страданиями.

См. также

Духовенство

Философские высказывания

Рене Декарт

Уединение нужно искать в больших городах.

Артур Шопенгауэр

У христианского аскетизма нет собственного ясного, отчетливого и непосредственного мотива: у него нет иного мотива, кроме подражания Христу; но Христос вовсе не был аскетом в собственном смысле (он советует, однако же, добровольную бедность, Матф. 10, 9); а затем, простое подражание другому, кто бы он ни был, не есть непосредственный, сам по себе достаточный мотив, который объяснял бы смысл и цель дела.

Часто наблюдают, что люди, обладающие большим опытом, особенно сердечно и откровенно говорят с совершенно чужими людьми, которые не имеют к ним никакого отношения. Это происходит оттого, что именно опытные люди знают, что между людьми, которые находятся в каком-либо отношении друг к другу, искренность и непринужденность помыслов почти невозможна, а вместо нее всегда существует известное напряжение расчета на нашу близкую или отдаленную выгоду: они жалеют об этом, но они знают, что это так, и вот из среды своих они со своими радостями и доверием идут к совершенно чужому случайному человеку, чтобы открыться ему; оттого-то монахи, которые отказались от жизни и отрешились от нее (и все им подобные люди), являются такими хорошими советниками и поверенными.

Мария фон Эбнер-Эшенбах

Не будь я обязан читать проповеди, я бы не умерщвлял свою плоть, говорил один чистосердечный священник.